Возьми быка за рога                                Демонтаж мифов

История одного фатального блефа

История одного фатального блефа
Тип статьи:
Авторская

Изображение

Фабула этого блефа такова. Идёт 1967 год. Некто британец Дональд Кроухёрст 35 лет страстно хотел выбиться в «Люди». В активе у него имелась маленькая фирмочка по изготовлению электронного оборудования для яхт, впрочем приближающаяся к банкротству, жена, четверо детей и замашки эксцентричного сумасброда, за которые его уволили из королевских ВВС. По выходным он выходил в море на маленькой яхте. В это время завершилось знаменитое кругосветное одиночное плавание Френсиса Чичестера, вызвавшее всеобщий интерес. Пользуясь удачным моментом, редакция газеты Санди Таймс учредила два приза за повторение кругосветки Чичестера в виде гонки яхтсменов одиночек, но без захода в какие-либо порты. Условия были довольно свободными, участник мог стартовать из любого порта и вернуться в него же. Время старта было установлено с 1 июня до 1 октября 1968 года. Таким образом, первый приз предназначался первому пришедшему (это мог быть участник, стартовавший раньше всех), а второй денежный в 5000 фунтов самому быстрому, показавшему минимальное время. Участвовать вызвалось уже восемь человек, очень разных как по морскому опыту, так и по психологической устойчивости, но имевших одно общее качество — они были не богаты. Кроухёрст решил, что участие в гонке даст ему известность, которую можно монетизировать. Сначала он попытался арендовать яхту Чичестера, но владельцы естественно ему отказали, вернее навели о нём справки, выяснили что в парусном мире он никто и проигнорировали его письмо. Тогда он убедил своего кредитора по электронному бизнесу, что вернуть долг можно единственным способом, это увеличить его задолженность и оплатить покупку тримарана. Почему тримаран, ведь он не приспособлен для штормовых широт, поскольку после опрокидывания не способен вернуться в нормальное положение? (Описаны случаи, когда обычную яхту с килем во время шторма опрокидывало несколько раз за сутки.) Дело в том, что тримаран способен к глиссированию, что недоступно для однокорпусных яхт и следовательно при попутных ветрах может идти с большей скоростью, а это шанс не только догнать уже ушедших участников, но и показать лучшее время. В поиске судна, поездках, покупках необходимого оборудования прошло лето и половина осени, другие участники уже стартовали, а у Кроухёрста ничего не было готово. Наконец наступил последний день 31 октября. Внутри судна висели недоуложенные провода, навалом лежало оборудование, продукты тоже лежали горой на палубе. Но, тем не менее, за несколько часов до истечения срока судно уходит в Английский канал.

Изображение

Далее был выход в Атлантику и движение курсом на юг, медленное. Кроухёрст, устраняя во время движения недоделки, понял, что ни судно, ни он сам не выдержит испытаний ревущих сороковых широт. А большая часть маршрута пролегает именно там, мимо мыса Доброй надежды в Африке, южнее Австралии и наконец апофеоз испытаний, мимо мыса Горн Южной Америки. Также выяснилось, что тримаран очень плохо держит курс бейдевинд, то есть под острым углом к ветру. До экватора яхтсмен видимо был в сомнениях и размышлениях, из-за слабых ветров он уже был отстающим. И после пересечения экватора он решился на авантюру, объявил, что выходит из строя радиопередатчик, а он приближается в это время к мысу Доброй надежды. Сам в это время повернул в другую сторону и стал медленно двигаться вдоль побережья Южной Америки, соблюдая режим радиомолчания. Надо сказать, что эта область Атлантики достаточно комфортна и предсказуема для яхтенного плавания, тем более, зная метеорологические прогнозы, можно уклоняться от штормов. Расчёт был на то, чтобы проболтаться в южной Атлантике несколько месяцев, сделать вид, что прошёл Индийский и Тихий океаны и занять почетное четвертое место, никто не стал бы просвечивать его судовой журнал на наличие погрешностей. Ему пришлось завести второй бортжурнал, в котором прокладывался фальшивый курс и отражались навигационные выкладки, сделанные обратным счётом. А в это время участники гонки начали сходить с дистанции один за другим из-за поломок и трезвой оценки своих возможностей. Все участники гонки были англичанами, кроме одного — француза Бернара Муатесье, несомненного лидера гонки. И вот, обогнув мыс Горн, он выкидывает фортель. Вместо того, чтобы повернуть на север и выйти на финишную прямую, он заявляет в эфире, что выходит из соревнования и вообще уходит из мира лицемерия и потребительства. И вместо триумфального возвращения к семье, он продолжает движение и намерен остановиться и жить на острове Таити, сделав полтора оборота вокруг земного шара. Конечно, все следившие за гонкой были ошарашены таким оборотом и осуждали француза, но никто не знает как было на самом деле. А могло быть так: устроители гонки могли намекнуть яхтсмену, что победитель иностранец не нужен и сделать ему предложение, от которого невозможно отказаться. Хайли лайкли мастера на такие интриги и в этом у них можно и поучиться, а как иначе с волками то? Таким образом, в гонке остаётся всего три участника: лидер Робин Нокс-Джонстон, бывший военный моряк Найджел Тэтли, идущий кстати тоже на тримаране и преодолевший Южный океан и авантюрист Дональд Кроухёрст. Значит, дрейфующий в Атлантике Кроухёрст становится как минимум третьим. В это время 22 апреля 1969 года финиширует Робин Нокс-Джонстон на своей старомодной деревянной яхте. Его встречают как национального героя, сопровождая катерами, самолетами к финишной черте. Масштаб почестей поражает воображение. Кроухёрст выходит на связь в режиме азбуки Морзе, объяснив, что частично починил радиостанцию и поздравляет победителя, упомянув, что преодолел мыс Горн и вышел в Атлантику на финишную прямую. Найджел Тэтли в это время находится у побережья Африки, ему осталось пройти 1000 миль. Кроухёрст еще далеко, но он и вышел на месяц позже, так что по дням в пути может обогнать. Тэтли пытается выжать максимум из своего потрёпанного судна, считая что конкурент может получить приз. И тут от перегрузки у тримарана отрывается левый поплавок, ударяет в основной корпус и делает большую пробоину. Судно начинает тонуть. Тэтли успевает дать сигнал бедствия и покидает тонущее судно на надувном плотике. Его спасают, а Кроухёрст таким образом становится вторым, а по расчетному времени прибытия первым. Наступает момент истины. Он понимает, что будет разоблачён. Кроме двух журналов, фальшивого и реального он ведет записи как бы для себя, в которых фиксирует свои мысли, философски безсвязные и подавленное состояние, ведущее к неизбежному концу. Он мог бы уничтожить истинный журнал и прыгнуть за борт, тогда версия несчастного случая в обществе была бы принята, но он не мог уйти не объяснив и не попрощавшись по крайней мере со своей семьёй. И он оставляет свои записи как прощание с близкими и возможно как покаяние. Понимая, что банкротство неизбежно, не только финансовое, но теперь уже и моральное, он пишет последние строки:

Это конец моей, моей игры, правда раскрыта и всё будет сделано, как требует от меня моя семья. Пора сделать ход Нет необходимости продолжать игру Это была хорошая игра её надо закончить Я возобновлю эту игру когда сочту нужным, я выйду из неё в 11:20:40 нет причин для пагубной…

10 июля пустой тримаран был обнаружен, на столе лежали карты, журналы, в раковине посуда. Журнал с истинным курсом отсутствовал.

Победитель гонки Робин Нокс-Джонстон передал полученный приз 5000 фунтов семье Кроухёрста.

Это было описание самой истории фатального блефа. Но нас интересует ещё наше восприятие его сейчас и советскими людьми тогда, когда эта история была опубликована в Советском Союзе. Продолжение следует.

15
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Посещая этот сайт, вы соглашаетесь с тем, что мы используем файлы cookie.